Экзамены не по-немецки: спор в школах NRW

■ «Klassenarbeiten auf Arabisch (Школьные экзамены на арабском)!» 

■ «Warum akzeptieren wir nicht direkt das Kalifatin Deutschland(Почему бы нам просто не согласиться с провозглашением халифата в Германии)?»

■ «Wir sprechen und schreiben hier Deutsch. Punkt! Wem das nicht passt: Die Grenzen sind offen! Undtschüss(Здесь мы говорим и пишем по-немецки. И точка! Если вас это не устраивает – границы открыты! Скатертью дорога)!»

Такого рода сентенциями пестрят в последние недели почти все социальные платформы от Facebook‘а до X. А параллельно ведущие СМИ и политики ведут горячие споры по поводу границ многоязычия в немецких школах, которое одни превозносят как ресурс школьных успехов, а другие проклинают как прямой путь к упадку немецкой культуры.

Резолюция парламента NRW

Вообще-то история дискуссии по поводу многоязычия в школьных заведениях Северного Рейн-Вестфалии началась летом 2025-го, когда правительственный альянс в Дюссельдорфе (ХДС и Зелёные) выставил на обсуждение в земельном парламенте запрос под названием «Укрепление многоязычия в школах – возможность для общества и личностного развития», на которое в то время обратили внимание только консервативные СМИ, отчаянно забившие тревогу.

Респектабельный либерально-консервативный журнал Tichys Einblick ещё тогда огорошил читателей намерениями правящей чёрно-зелёной коалиции, прямо заявив, что под предлогом «развития многоязычия» правительство земли делает «шаг к упразднению немецкой языковой нации» и таким образом фактически «способствует капитуляции перед неконтролируемой миграцией, означающий не что иное, как согласие на дальнейшее снижение образовательных стандартов».

И вот, наконец, в июле сего года у Дюссельдорфского парламента нашлось время поработать над годичной давности заявкой и большинством голосов (ХДС, Зелёные плюс оппозиционная СДПГ) принять резолюцию, позволяющую теперь земельному правительству перейти к конкретным действиям.

Суть вопроса

Если не вдаваться в детали, то заключение о многоязычии на первый взгляд – это вроде бы штука очень прогрессивная. Например, есть какой-то мальчик Хасан или какая-то девочка Олеся, чьи знания в области математики и физики намного превышают среднестатистический уровень их сверстников в той же самой школе. Проблема, однако, заключается в том, что ни Хасан, ни Олеся пока ещё не знают немецкий язык на таком уровне, как их сверстники. И само собой, пока что не очень в ладах с терминологией на языке Шиллера и Гёте. Они прекрасно понимают, что такое «общий знаменатель», но в нужный момент не могут вспомнить, что по-немецки он называется «gemeinsamer Nenner». Или что «сила трения» по-немецки – это Reibungskraft. И из-за этого получаемые ими оценки на экзаменах, проходящих, разумеется, на немецком языке, могут быть ниже, чем у их немецкоговорящих сверстников, которые, скажем, не умеют приводить обыкновенные дроби к общему знаменателю или не понимают, от чего зависит коэффициент силы трения.

Именно с этой несправедливостью и решило покончить сердобольное правительство Северного Рейн-Вестфалии. Однако, по мнению критиков, резолюция о многоязычии приоткрывает ящик Пандоры, что рано или поздно запустит цепь опасных и трудно исправимых последствий.

Триггер дебатов – последний абзац резолюции

Опасность такого развития событий заложена в последнем абзаце нормативного документа. В переводе с бюрократического на нормальный человеческий язык речь идёт о следующем. «Парламент призывает правительство в пределах имеющихся юридических средств так скорректировать нормативные требования, чтобы можно было адекватно оценивать предметные компетенции даже в тех случаях, когда ребёнок не в состоянии продемонстрировать их в полной мере из-за недостаточного владения немецким языком; изучить возможности стимулирования родителей к развитию у детей базовых навыков с использованием родного языка, а в качестве примера такого подхода воспользоваться проектом по многоязычному чтению «Mulingula».

Партия FDP поставила вопрос ребром

На первый взляд кажется, что как будто ничего страшного. Однако, по мнению главы фракции свободных демократов FDP Хеннинга Хёне (Henning Höne), безобидной такая формулировка выглядит лишь на первый взгляд, потому что «она является лазейкой, ведущей к ослаблению позиции немецкого языка, что в конечном итоге может закончиться школьными экзаменами на арабском, турецком и украинском языках». А стало быть, принятая резолюция фактически является «актом о капитуляции (Kapitulationserklärung)».

Не знаю, зачем господину Хёне понадобилось приплести к своему возмущению ещё и украинский язык, но резонанс в СМИ после его заявления был ошеломляющим. Например, всенародная газета Bild ехидно спросила читателей: «В какой мере школы должны требовать использование немецкого языка – и насколько следует учитывать другие родные языки учащихся?». А социальные платформы вообще пестрят попахивающими ксенофобией выпадами, приведенными в начале статьи.

Ответная реакция правящей коалиции была тоже не менее агрессивной. Союз CDU без обиняков объявил действия свободных демократов «кампанией по дискредитации правительства». А член ландтага Дилек Энжин (Dilek Engin), родившаяся в 1981-м в Вуппертале в турецкой семье, обвинила FDP в намеренном конструировании искусственного противоречия, которого на самом деле не существует. «Никто не ставит под сомнение тот факт, что немецкий язык является нашим общим языком образования и общения», – заявила Энжин на заседании парламента.

Тут справедливости ради стоит заметить, что эту горячую дискуссию можно было бы прекратить самым простым способом, который, собственно, и предложили свободные демократы. Поскольку в документе не конкретизируется, какие именно требования должны быть скорректированы (Regelungen anzupassen), этот пассаж, трактуемый каждой из сторон по своему разумению, надо просто вычеркнуть из документа! Именно это предложил спикер фракции FDP, подавшей соответствующее заявление (Antrag der FDP-Fraktion), которое было категорически отклонено правящей коалицией вместе с социал-демократами. Тогда фракция свободных демократов подала следующую заявку (Entschließungsantrag), где, по их мнению, должна быть чётко сформулирована позиция законодателя: «Язык обучения в школах – за исключением занятий по иностранным языкам – немецкий. Это правило распространяется также на задания и порядок их выполнения в ходе проверки уровня знаний».

Но и эта заявка, поддержанная партией AfD, была категорически отклонена большинством голосов.

В чём загвоздка

Уверен, что русскоязычный читатель, не очень искушённый в вопросах немецкой политики, может спросить: из-за чего, собственно, весь этот сыр-бор? Ведь проблема имеет место: школьники иностранного происхождения, пока ещё не осилившие в полном объёме немецкий, действительно получают плохие отметки, например, по математике. И не потому, что уровень их знаний ниже уровня знаний немецкоязычных сверстников, а из-за языковых дефицитов. И это надо было бы каким-то образом подправить. А то, что формулировка в законе немного размыта, не страшно: и CDU, и Зелёные, и SPD, проголосовавшие за резолюцию, подчёркивают, что речь, разумеется, не идёт о сдаче экзаменов на другом, кроме немецкого, языках, поскольку немецкий в школах Германии, как в том одесском анекдоте, «всегда был, есть и будет быть!».

Так-то оно так... Но так называемая Wischiwaschi-Formulierung (расплывчатая, неопределённая формулировка) открывает широкие возможности родителям, склонным к судебным тяжбам, обращаться в юридические фирмы. Ведь именно так это было в своё время с разрешением на ношение головного мусульманского убора в немецких школах. Поначалу были неопределённые формулировки, затем волна запретов в конкретных школах, а в конечном итоге разрешение на ношение этого религиозного символа жадные до денег немецкие адвокаты пробили через судебные инстанции. И сегодня в некоторых классах Федеративной республики половина учащихся сидит в мусульманских платках.

Читайте также:

1. Квоты на детей-мигрантов в немецких школах? Журнал «Партнёр», № 8, 2025. Автор О. Нахт
2. Немецкая школа и иммиграция. Журнал «Партнёр», № 12, 2025. Автор М. Алексеницер
3. Образование в Германии. Мифы и реальность. Журнал «Партнёр», № 3, 2017. Автор И. Листов
4. Золотой ключ к интеграции. Журнал «Партнёр», № 2, 2011. Автор Т. Бальцер