Русский Deutsch
Menu
Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях

Спорт, хобби, развлечения >> Делай, как должно

Текст блога

Жизнь и судьба Абрама Хасина – солдата, учителя, гроссмейстера

Детство

Я спросил его: что вам запомнилось из детства? Он вспомнил два эпизода, даже не эпизода – фрагмента.

Первый: он плывёт на корабле, вокруг - море. И второй: он на какой-то горке, держит в руках кусок хлеба с мёдом и отбивается от пчёл.

Я бы не придал значения таким малозначимым воспоминаниям, если бы не выяснилось, что они связаны с … Палестиной.

Да-да, в 20-е годы семья Хасиных уехала в Палестину, чтобы работать в кибуцах. Как уехали, почему вернулись – этого Абрам Иосифович не знает: сам был слишком мал, а в семье эта тема была табу – жили в постоянном страхе.

И страх этот, как оказалось, было не напрасным.  Главным воспоминанием детства Абрама Хасина стал открытый процесс над отцом и приговор: расстрел.

Скромного служащего, по должности что-то вроде кладовщика, расстреляли за организацию Голодомора.

Если вы не знали, кто виновен в трагедии начала 30-х годов в Украине, то вот вам ответ: Иосиф Хасин и ещё несколько кладовщиков-стрелочников.

А судьи – кто? И исполнители приговора – кто? Не те ли, кто в самом деле организовал этот Голодомор и отыгрались на тех, кто не мог защитить себя?

Семье в какой-то степени повезло, что это случилось не в годы большого террора: жена и дети избежали ссылки - их только выселили из квартиры, и жить пришлось у быбушки. Если, конечно, здесь хоть как-то уместно слово повезло …

Первые шаги в шахматах

Играть в шахматы Абрам научился сам, наблюдая за партиями старшего брата. Играл в дворовом клубе (так называемом форпосте) и в турнирах с другими форпостами. Потерпев несколько чувствительных поражений, надолго оставил шахматы. В настоящий шахматный кружок в киевском Доме пионеров пришёл только осенью 1939-го, в шестнадцать с половиной лет.

Сегодня в этом возрасте уже не то что мастерским, гроссмейстерским званием не сильно-то удивишь. А Хасин только начинал ...

В это время в том же Доме пионеров уже блистал Дэвик Бронштейн, с которым Абрам дружил потом долгие годы. А в шашечную секцию ходил Изя Куперман, будущий многократный чемпион мира по стоклеткам.

Категорию за категорией Хасин преодолевал быстро. Перед войной успел стать кандидатом в мастера и вышел в финал первенства Киева. Но финал 41-го года не закончился – началась война.

К тому времени Абрам уже стоял у токарного станка и вечерами ходил на рабфак. А на турниры ходил в «парадном» костюме: новенькой синей спецовке, под которую не забывал одевать скромный узенький галстук.

Война

Что означало бы для еврейской семьи оказаться в оккупации, Хасины уже знали, поэтому эвакуировались в Пермскую область. В поезде была девочка, болевшая корью. О том, что он заразился от этой девочки, Абрам узнал уже по приезду. Болезнь настигла, когда он уже вышел на работу. При переезде Абрам в первый раз, что называется, заглянул в глаза смерти. Тяжёлая форма кори, кровь из горла, беспамятство – в тех условиях это могло закончиться самым печальным образом.

В феврале 42-го юноше исполнилось 19. Из-за зрения в армию его не призывали, но он настоял на службе сам: молодому человеку показалось стыдным оставаться в тылу, когда вокруг одни женщины и дети. И идти в нестроевую часть отказался наотрез: только на фронт!

Он оказался в военном училище в Перми, но доучиться не пришлось: сдав один экзамен, второго, на офицерское звание, дожидаться не стал.

И привезли его команду в Калач, откуда маршем по 40-50 км за ночь (днём было передвигаться опасно) – на передовую.

Когда Абрам Иосифович говорит о войне, в его словах не уловите ни пафоса, ни стремления выглядеть каким-то особенным. Обыденный, скорее горький, чем героический,  рассказ «чернорабочего» войны, рассказ человека, который в сложившихся обстоятельствах поступал так, как считал единственно возможным. Мог остаться в тылу? Посчитал это непорядочным. Мог стать офицером, а остался рядовым? Ну что ж, сам так вот решил.

Пожалуй, главное слово, которым он отмечает «свою» войну, тот отрезок страшной бойни, который выпал на его долю, это слово «неразбериха».

Вспоминает комиссара, который во время переходов по большей части спал в телеге, а проснувшись, подгонял бойцов, чтобы двигались энергичнее, и подбадривал рассказами из своей личной жизни, как правило, отнюдь не благопристойными.

Как то один боец умудрился потерять вещмешок с патронами. Ему прямо сказали: не найдёшь - расстрел. Дали шанс - бери лошадь, проскачи назад, поищи. Не нашёл, вернулся, уже внутренне готовый к расстрелу. Но тут проснулся комиссар. Оказалось, что мешок с патронами он подложил себе под голову. Проспал бы дольше, глядишь, и расстреляли бы бойца без суда и следствия.

Чуть не попал в похожую историю и сам Хасин. Батарея миномётчиков, в которой он служил, время от времени меняла дислокацию - чтобы не засекли. Его ещё с одним бойцом оставили в карауле на месте старого расположения - сторожить, что осталось. Смены не прислали, и парни так уморились, что заснули одновременно. Как всегда бывает, в это время и нагрянуло начальство. Крику было много, грозил штрафбат, но спас сам факт перемены позиции и всё та же неразбериха. Дело как-то забылось.

А неразбериха была во всём. Позиции днём постоянно бомбила авиация и обстреливала вражеская артиллерия, поэтому еду приносили только ночью: холодную пресную кашу, немного сухарей и сахара. Солдаты не выдерживали голода, откапывали погибших лошадей и кое-как варили эту конину: без соли и чёрт-те знает в какой воде. От этого на позициях вовсю свирепствовала дизентерия.

Не только харчей – мин не хватало. Рядом гибли товарищи, а у самого была твёрдая уверенность – меня не убьют! Как меня, молодого, сильного, здорового, могут убить?

Но на одном из переходов  в декабре 42-го попали под бомбёжку, и вытаскивали солдата Хасина из груды тел погибших и раненых. Очнулся только в госпитале, в Саратове. Лежал в палате смертников, где безнадёжные лежали по нескольку человек на одной койке. Себя Хасин помнит лежащим на отдельной кровати. Врач, делавший обход сказал по его поводу: этот не жилец. Помнит, что подумал: нет, старый хрен, этот нежилец ещё тебя переживёт. И выжил!

В госпиталях провёл полтора года. Ампутации, чистки, попытки разработать ноги. Повезло, что ампутировали ниже колен (опять не к месту это «повезло», но так выразился сам Абрам Иосифович).

В Саратов приезжал и поддержал в самые трудные дни дядя из Москвы. Он был директором крупного военного завода в Москве, благодаря чему Абрама перевели в столичный госпиталь. Там были ещё реампутации, и снова борьба за нормальную жизнь. Не обходилось, кстати, и без шахмат, но в госпиталях, конечно, достойных соперников встретить не пришлось.

Учитель

В 44-м наконец выписали из госпиталя. Переехал к дяде, в двухкомнатную квартиру. В одной комнате – семья дяди, в другой –мама, Абрам и старший брат, вернувшийся с трудового фронте в состоянии дистрофии. Да ещё вскоре Абрам и молодую жену привёл.

Поступил в Институт иностранных языков на отделение английского.

В 46-м родилась дочь, которая по сей день живёт в Москве. Но брак получился недолгим. Уж очень этот брак был не по душе родителям жены, и они преуспели в его разрушении.

В 48-м, после окончания института, надо было устраиваться на работу. Каково в это время жилось с его пятой графой, понять могут только те, кто жил в это время.

Хасин никогда не упоминал в анкетах историю отца. В 48-м предпринял такой шаг: вступил кандидатом в члены партии. После этого удалось всё же устроиться в школу.

О Хасине-учителе лучше всего могут рассказать только ученики. Где сейчас найти таких? Пожалуйста, воспоминания народного артиста Олега Басилашвили, ученика Абрама Иосифовича.

Судя по этим воспоминаниям, класс был тот ещё: ор, свист, карбид в чернильницах.  Но «плотный человек в очках» не обращал внимания на все выходки и спокойно по одному вызывал к доске, беспощадно «удобряя» классный журнал единицами. Никакие безобразия не могли вывести его из равновесия. И ученики постепенно проникались уважением к непреклонному учителю. А потом узнали, что он фронтовик, что у него нет обеих ног, и что он известный шахматист. Все читали «Повесть о настоящем человеке», но это ведь книга, это ведь где-то там, на экранах кино, а тут – «затёртый костюмчик, круглое бледное лицо в очках, минимум эмоций».

Скажите, нашёлся бы на рубеже 40-50-х, когда в разгаре было «дело врачей» и открытая вражда к «безродным космополитам», отчаянный литератор, взявшийся бы прославить человека по имени Абрам Хасин? Я думаю, добром не закончилась бы тогда такая попытка ни для литератора, ни для героя.

Олег Валерьянович дальше пишет, что на выпускном экзамене Абрам Иосифович всем своим ученикам поставил пятёрки.

Олег сильно приукрашивает,- говорит его учитель,- я мог в каком-то «пограничном» случае, когда ученик отвечал между четвёркой и пятёркой, поставить «пять», если знал, что человек старается и стремится к знаниям. Лентяи, прогульщики, двоечники, никогда от меня этого не дождались бы.

Я держу в руках книгу Басилашвили с автографом для учителя на полстраницы и читаю самые тёплые, искренние слова, совсем не такие, какие пишут при «серийной» раздаче автографов. Такие слова мог заслужить только по настоящему большой учитель.

Большие шахматы

 

Говоря о том, каким шахматистом был Абрам Хасин, достаточно сказать, что он пять раз играл в финалах чемпионатов СССР. Пять раз в компании Смыслова, Таля, Корчного, Петросяна – всех и не перечислишь. Больших достижений у него в этих финалах не было, но ведь это чемпионаты СССР! Когда Хасин в 1965 году стал 13-м, спросите, кто занял 12 место? Виктор Корчной!

Почему Абрам Хасин, чей талант никто не ставил под сомнение, в финалах играл слабее, чем в чемпионатах Москвы или полуфиналах Союза?

Тут целый ряд причин,- говорит сам Абрам Иосифович.

Во-первых, чемпионаты СССР – это минимум 20 участников, то есть больше месяца игры, и я никогда, в силу известных проблем со здоровьем, не мог ровно отыграть весь турнир, практически «сливая» последние 4-5 туров. Если пятый час игры - серьёзное испытание для любого шахматиста, а для меня таким испытанием становился уже четвёртый час.

Во-вторых, я никогда не мог позволить себе полностью отдаваться шахматам. Жил у дяди, мама не получала пенсии, я не мог себе позволить не то что не работать, а даже брать нормальный отпуск. Практически все годы во время отпуска я работал. У меня не было возможности иметь актуальную шахматную литературу – книги, журналы, всё это стоило денег, которых у меня не хватало.

Заметим, что Абрам Хасин первую свою квартиру получил в 73-м, в 50 лет, причём от спорткомитета, а не как инвалид войны.

В-третьих, и это, пожалуй, главное - у меня не было чемпионских амбиций. Выходя в финал чемпионата СССР, я считал задачу выполненной. Этот турнир был для меня земным раем: компания выдающихся шахматистов, хорошее питание, гостиница – я ведь молодой человек был, недавно расставшийся с женой, и эти гостиницы были для меня редчайшей возможностью уединиться с девушкой, чего уж тут греха таить.

Отсутствие высоких амбиций идёт от детства, от того страха, который мы пережили в истории с отцом, от всей моей непростой жизни. Это осталось в крови – не высовывайся! Я очень не любил играть при большом стечении публики, а финал первенства СССР всегда проходил при аншлагах. Если мой столик оказывался в первом ряду, то сразу пиши пропало: при таком пристальном внимании я не мог сосредоточиться. А если, не дай бог, перед началом тура организовывалась киносъёмка, то мне можно было за доску уже и не садиться.

Вот потому я качественно играл в полуфиналах и намного хуже в финалах. Единственный случай, когда первый ряд пошёл мне на пользу, это в 61-м году в Баку в партии с Кересом. Я попал под сильную атаку и из зала крикнули: Хасин, сдавайся! Я сосредоточился и расставил ловушку, в которую Керес попался. Разозлили меня зрители.

Но лучше всего я играл за команды. Здесь вместо чемпионских амбиций на первое место выходила ответственность за команду, что, можно сказать, открывало второе дыхание. В командных турнирах я побеждал и Петросяна, и Бронштейна, и Котова, и многих других.

Творческие достижения Абрама Хасина (именно творческие) можно найти не в одном шахматном издании. Всё, что он сказал об отсутствии какого-то чемпионского самолюбия, я бы назвал по-другому: этот человек очень любит искусство в себе, и гораздо меньше – себя в искусстве.

Были ли какие близкие дружеские отношения с обитателями шахматного Олимпа?

Со времён киевского Дома пионеров дружили с Бронштейном. Это был великий шахматист, но злополучная неудача в предпоследней партии матча с Ботвинником, когда Давида только две ничьи отделяли от титула чемпиона мира, сломала его. Он продолжал играть на хорошем уровне, но так высоко больше не взлетал.

Игра по переписке

В 68-м году врачи вынесли вердикт: активное участие в шахматных турнирах больше не совместимо с состоянием здоровья. А ведь возраст -  всего 45, и шахматы уже стали делом всей жизни. И Абрам Иосифович решает активно заняться игрой по переписке. Вот оно – чистое творчество! Ни больших залов, ни юпитеров, ни игры по пять часов сорок дней подряд. И выяснилось, что в этом деле международный мастер Хасин знает очень немного равных себе во всём мире. Именно играя по переписке, он стал международным гроссмейстером, двукратным олимпийским чемпионом в составе сборной СССР и победителем турнира к 100-летию Ленина, который по составу был сильнее любого чемпионата мира.

Тренерская работа

Ещё работая учителем в школе, Абрам Иосифович стал совмещать преподавание английского с работой тренера в Центральном шахматном клубе. В шахматных энциклопедиях вспоминают, что он работал с чемпионкой мира среди женщин О.Рубцовой во время её матча за корону с Е. Быковой. Потом среди его учеников была дочь чемпионки -  Е.Рубцова-Фаталибекова, Ю.Разуваев, Б.Гулько, А.Бареев, Л.Юртаев и много-много других. Хасин тренировал студенческие сборные СССР на чемпионатах мира. Он носит высокие звания Заслуженного тренера РСФСР и СССР.

Листая биографии учеников Хасина, я обратил внимание на то, что многие из них сами стали успешными тренерами – случайно ли это? Полагаю, что этот драгоценный сплав – талантливого педагога и большого шахматиста – дал такие всходы: его ученики отличаются и игровыми, и педагогическими способностями. Одного из них, Владимира Чучелова, ФИДЕ в 2014 году назвала лучшим тренером мира.

В разговоре супруга Абрама Иосифовича, Валентина Алексеевна, вспоминала, как во время его работы в спортивном интернате, где он вёл шахматную школу, ученики во время зимних каникул жили у них дома: интернат ведь закрывался, а зима есть зима, и ребята часто «застревали» в аэропортах. Куда же им было деваться? Слава богу, был дом Хасина, в котором никому не отказывали в гостеприимстве.

С Валентиной Алексеевной Абрам Иосифович живёт 51 год. Вырастили дочь Аню, которая стала, как вы думаете, кем? Угадали: педагогом и шахматисткой, международным мастером.

Уже живя в Эссене, в очень преклонном возрасте, Абрам Хасин продолжает играть за местный клуб.

Я уже говорил, что о всей своей жизни этот мужчина говорит без малейшего пафоса. А я вот удержаться не могу.

Я не могу удержаться от некоего душевного трепета, пожимая руку, которую когда-то пожимал Пауль Керес, признавая своё поражение. Эту руку пожимали все великие шахматисты той эпохи великих советских шахмат.

Когда я смотрю на этого человека, сидящего напротив, то вспоминаю акцию «Бессмертный полк» и думаю: да вот же он, бессмертный полк, сидит напротив - живой и по мере сил весёлый, ироничный и грустный, спокойный и мудрый.

15 февраля Абраму Иосифовичу Хасину исполняется 94 года. До 120-ти Вам, солдат, учитель и гроссмейстер, проживший жизнь по одному правилу, которое коротко формулируется, но охватывает всё: делай, как должно.

 

 

Ключевые слова

Внесите 3-5 ключевых слов, разделяя их запятыми.

<< Назад | 2017-01-19 10:11 | Прочтено: 420 | Автор: yesterday |

Поделиться:



Комментарии (1)

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Количество фотографий, которые Вы можете загрузить: 5 шт.
(Для удаления фото, щелкнуть по нему)

karpov2.jpg

karpov1.jpg

DSC05689-21ok1.jpg

DSC05712-ok-1.jpg

 URL: 

  
Удалить файл
Error
Ok

Удалить файл?

Последние прокомментированные